
Наверняка вы встречали людей, которые снова и снова оказываются в похожих отношениях. Партнер холоден, исчезает без объяснений, возвращается, дает надежду, а потом снова причиняет боль. Со стороны кажется очевидным: нужно уйти. Но сам человек признается, что не может отпустить эти отношения, хотя понимает, что они его разрушают.
Иногда возникает еще более тревожный вопрос: почему мне нравится то, что меня разрушает? Или: почему мне нравится страдать и грустить, если это делает меня несчастнее?
Этой теме посвящен наш выпуск на YouTube «Почему нас тянет в токсичные отношения? 5 причин деструктивного выбора» — в нем разбираем, почему человек повторяет похожие сценарии в отношениях и какие психологические механизмы стоят за таким выбором.
На первый взгляд может показаться, что некоторым действительно нравится страдать. Отсюда появляются выводы вроде «я люблю страдать», «любить тебя — это мой мазохизм» или «без боли любви не бывает». Но психология объясняет это гораздо сложнее.
Человек редко получает удовольствие от самого страдания. Гораздо чаще он оказывается в ловушке эмоциональных механизмов, которые заставляют воспринимать боль как часть близости, а редкие моменты счастья — как награду, ради которой стоит терпеть все остальное.
Почему так происходит? Почему любовь приносит боль и страдания одним людям чаще, чем другим? Можно ли перестать искать сильные эмоции там, где они соседствуют с тревогой, ревностью и постоянной неопределенностью?
Разберемся, что об этом известно современной психологии и почему мозг иногда поддерживает отношения, которые разум давно считает бесперспективными.
Фраза «человек любит страдать» звучит довольно категорично. На самом деле психологи редко рассматривают происходящее именно так. Если человеку снова и снова больно в отношениях, это еще не означает, что он сознательно выбирает страдания.
Чаще всего повторяются не сами страдания, а привычный способ строить близость. Психика запоминает эмоциональные сценарии, которые когда-то помогали сохранить отношения, получить внимание или почувствовать себя нужным. Со временем такие сценарии начинают восприниматься как привычная норма, даже если они причиняют боль.
Когда отношения становятся источником постоянного напряжения, человек живет в ожидании очередного примирения, сообщения, звонка или проявления нежности. Чем дольше длится ожидание, тем сильнее оказываются эмоции в момент, когда партнер снова становится теплым и внимательным.
Из-за этого возникает ощущение, что счастливые моменты невероятно ценны. Хотя объективно они могут занимать совсем небольшую часть отношений.
Так постепенно формируется эмоциональная зависимость от самих перепадов настроения. Человек уже не замечает, что большую часть времени испытывает тревогу, обиду или разочарование. Он продолжает ждать коротких периодов близости, которые приносят облегчение. Но на самом деле удовольствие приносит не боль, а ее временное прекращение.
У каждого человека есть собственное представление о том, какими должны быть отношения. Оно складывается под влиянием семьи, детского опыта, первых влюбленностей и предыдущих отношений.
Если близость долгое время сопровождалась тревогой, непредсказуемостью, борьбой за внимание или страхом потерять другого человека, психика может начать воспринимать такой сценарий как привычный.
Спокойные отношения в этом случае иногда кажутся «слишком простыми», а сильные эмоциональные качели — доказательством настоящих чувств.
Когда человеку плохо в отношениях, но он не может уйти, причина далеко не всегда в слабости характера. Часто человек оказывается заложником привычного эмоционального сценария, который сформировался задолго до нынешних отношений.
Возможно, вы давно задумывались о смене профессии, но не знали с чего начать.
Пройдите бесплатный 3-дневный курс, который поможет сделать первый шаг в изучении психологии.
Узнаете с какими запросами работают психологи
Посмотрите на демо-сессию с реальным клиентом
Получите сертификат о прохождении курса и грант на 100 000 ₽ на последующее обучение
Когда человек остается в отношениях, которые приносят больше боли, чем радости, окружающие часто делают простой вывод: «Ему просто нравится страдать». Но исследования показывают, что дело не в любви к страданиям.
Эмоциональная привязанность связана с работой тех же систем мозга, которые участвуют в формировании мотивации, ожидания награды и привычек. Именно поэтому иногда бывает так сложно отпустить человека, даже если отношения давно перестали приносить чувство безопасности.
Многие считают дофамин «гормоном удовольствия», но это упрощенное представление. На деле он в большей степени связан с ожиданием вознаграждения и мотивацией продолжать поиск желаемого. Особенно активно дофаминовая система реагирует, когда награда непредсказуема.
В этом причина, почему отношения по принципу «сегодня любит — завтра игнорирует» могут настолько сильно затягивать. Человек постоянно находится в ожидании: позвонит ли партнер, напишет ли первым, изменится ли его отношение.
Каждый редкий момент тепла воспринимается как долгожданная награда. Мозг фиксирует именно эти эпизоды и начинает ждать их снова, даже если между ними проходят недели конфликтов или эмоционального холода.
Так становится понятнее, почему человеку нравится страдать: его удерживает не сама боль, а ожидание следующего счастливого момента.
В психологии давно известен эффект прерывистого подкрепления. Его впервые подробно описал американский психолог Беррес Фредерик Скиннер в исследованиях механизмов обучения.
Если вознаграждение появляется непредсказуемо, поведение закрепляется сильнее, чем при постоянной награде. Этот эффект хорошо известен не только психологам. По такому же принципу работают азартные игры: человек не знает, когда именно выиграет, поэтому продолжает делать новые попытки.
Похожий механизм может возникать и в отношениях. Если партнер то становится заботливым и внимательным, то исчезает, критикует или эмоционально отдаляется, каждая неожиданная «награда» начинает восприниматься особенно ценной.
Из-за этого человеку может казаться, что именно такие отношения наполнены настоящей страстью. Хотя на самом деле он постепенно привыкает к постоянному ожиданию следующего проявления любви.
Исследования антрополога Хелен Фишер с использованием функциональной магнитно-резонансной томографии показали интересную закономерность. Когда люди недавно пережили болезненное расставание и продолжали испытывать сильную влюбленность, при просмотре фотографии бывшего партнера у них активировались области мозга, связанные с системой вознаграждения и мотивацией.
Это помогает понять, почему после разрыва человек может одновременно осознавать, что отношения были разрушительными, и при этом продолжать скучать, надеяться на возвращение партнера или мысленно снова и снова прокручивать прошлое.
Такое состояние иногда напоминает отказ от привычного источника сильных эмоций. Именно поэтому после расставания многим кажется, что они потеряли не просто отношения, а часть собственной жизни.
Конечно, это не означает, что любовь — разновидность зависимости. Но исследования показывают: сильная романтическая привязанность действительно затрагивает те же нейронные системы, которые отвечают за мотивацию и стремление получить значимую награду.

Один и тот же партнер может вызывать у разных людей совершенно разные чувства. Кто-то довольно быстро прекращает отношения, если сталкивается с холодностью, манипуляциями или постоянными конфликтами. Другой будет годами надеяться, что все изменится, искать оправдания и каждый раз давать отношениям еще один шанс.
Это различие связано не с силой любви, а с тем, как человек привык строить эмоциональную близость. Психологи давно заметили, что модели отношений во взрослом возрасте часто повторяют способы привязанности, которые сформировались в детстве.
В середине XX века психиатр Джон Боулби предложил теорию привязанности. Позже ее развила психолог Мэри Эйнсворт. Их работы показали: опыт отношений с близкими взрослыми в детстве влияет на то, как человек строит отношения во взрослом возрасте.
Если ребенок рос в атмосфере, где любовь была стабильной и предсказуемой, ему обычно проще доверять партнеру и чувствовать себя в безопасности. Но если внимание родителей было непоследовательным — сегодня тепло, завтра холодность или критика, — ребенок может усвоить другую модель: любовь нужно заслужить, за нее приходится бороться, а потерять ее очень легко.
Во взрослом возрасте такие установки могут проявляться в романтических отношениях. Человек сильнее привязывается к эмоционально недоступным партнерам, болезненно переживает дистанцию и начинает воспринимать постоянную тревогу как естественную часть любви.
Важно понимать, что речь не идет о жесткой предопределенности. Детство не программирует человека на несчастливые отношения. Скорее оно формирует ожидания: чего можно ждать от близости, насколько безопасно доверять другому человеку и как вести себя, если отношения оказываются под угрозой.
Например, если в семье любовь часто сопровождалась конфликтами, молчанием или эмоциональными качелями, спокойные отношения могут казаться непривычными. Иногда человек даже начинает воспринимать их как недостаточно глубокие.
Отсюда появляются фразы вроде: «Мне скучно с тем, кто относится ко мне хорошо» или «Без драмы нет настоящих чувств». На самом деле дело не в том, что человеку необходимы страдания. Просто его психика привыкла связывать сильные эмоции с близостью.
Когда отношения развиваются без постоянных ссор, ревности и примирений, уровень эмоционального напряжения постепенно снижается. Для человека, привыкшего жить в режиме постоянных переживаний, это может восприниматься как потеря чувств.
Иногда появляются сомнения:
Но отсутствие эмоциональных качелей не означает отсутствие любви. Напротив, ощущение безопасности позволяет строить отношения без постоянного страха потерять партнера или заслужить его внимание.
В психологии считается, что зрелая любовь отличается не интенсивностью переживаний, а устойчивостью, доверием и способностью сохранять близость даже без постоянных драм. Для человека, который долго жил в напряженных отношениях, привыкнуть к этому бывает непросто, но именно такая модель обычно оказывается более здоровой и долговечной.
Один из самых частых вопросов, который человек задает себе после очередного болезненного расставания: «Почему мне нравится то, что меня разрушает?» Или: «Почему я люблю страдать?»
В большинстве случаев ответ оказывается совсем не таким, как принято думать. Человека удерживает не желание страдать, а надежда наконец получить то, чего ему долго не хватало: любовь, принятие, чувство собственной ценности или эмоциональную безопасность. И разорвать такие отношения бывает гораздо сложнее, чем кажется со стороны.
В психологии существует понятие травматической привязанности. Так называют сильную эмоциональную связь, которая формируется в отношениях, где периоды заботы и близости чередуются с болью, унижением, игнорированием или психологическим насилием.
Чем чаще человек проходит через цикл «боль — примирение — надежда — новое разочарование», тем сильнее может становиться привязанность. Это кажется нелогичным, но объясняется довольно просто. После тяжелого конфликта любое проявление тепла воспринимается как огромное облегчение. Организм реагирует на него гораздо ярче, чем если бы отношения изначально были спокойными.
Из-за этого человеку начинает казаться, что именно такие эмоциональные качели и есть проявление настоящей любви.
Еще один распространенный сценарий связан с убеждением, что любовь нужно заслужить.
Человек начинает искать причины происходящего в себе:
Такие мысли создают ощущение, что ситуация зависит только от собственных усилий. Поэтому человек продолжает вкладываться в отношения, даже если взаимности становится все меньше.
Парадокс в том, что каждая редкая удача — теплый разговор, примирение, неожиданная забота — воспринимается как подтверждение: «Я все делаю правильно». Хотя чаще это лишь очередной этап повторяющегося цикла.
Со стороны кажется, что решение очевидно: если отношения причиняют боль, их нужно закончить. Но внутри ситуация выглядит совсем иначе.
Человек теряет не только партнера. Вместе с ним исчезают надежды, планы, представление о будущем, привычный образ жизни и вера в то, что все еще можно исправить.
Кроме того, включаются хорошо известные психологические механизмы. Один из них — стремление оправдать уже вложенные усилия. Если в отношения было вложено несколько лет, огромное количество эмоций и попыток все наладить, отказаться от них становится особенно трудно. Кажется, что уход сделает все пережитое бессмысленным.
Ощущения тяжести в отношениях гораздо чаще связан не с любовью к страданиям, а с сочетанием надежды, страха потери, привычной модели привязанности и эмоциональной зависимости. Осознание этих механизмов не делает расставание простым. Но оно помогает перестать обвинять себя в слабости и увидеть, что происходящее подчиняется вполне понятным психологическим закономерностям. Именно с ними и работает психотерапия, помогая постепенно разорвать привычный сценарий и научиться строить отношения, в которых близость не требует постоянной боли.

Когда человек остается в отношениях, которые причиняют ему боль, окружающие нередко говорят: «Да он просто мазохист». Такое объяснение кажется простым, но с точки зрения психологии оно далеко не всегда верно.
В повседневной речи словом «мазохизм» часто называют любые отношения, в которых человек терпит плохое обращение, жертвует собой или снова возвращается к партнеру после болезненных конфликтов. Однако в психологии и психиатрии этот термин имеет более узкое значение.
Если человек долго остается в несчастливых отношениях, это еще не означает, что у него есть мазохистические наклонности. Причин может быть множество:
Во всех этих случаях человек не получает удовольствия от страданий. Наоборот, он хотел бы перестать испытывать боль, но не знает, как выйти из сложившейся ситуации.
Отдельно стоит сказать о сексуальном мазохизме. Это понятие относится к сфере сексуальных предпочтений и не имеет прямого отношения к тому, почему человек остается в болезненных отношениях.
Наличие сексуальных практик, основанных на добровольном согласии партнеров, не означает, что человек будет терпеть унижения или насилие в повседневной жизни. И наоборот: многие люди, оказавшиеся в токсичных отношениях, не имеют никакого отношения к сексуальному мазохизму. Поэтому смешивать эти понятия некорректно.
Иногда человек действительно начинает регулярно выбирать партнеров, рядом с которыми испытывает боль. Но и в этом случае психологи сначала ищут причины такого сценария, а не ставят ярлык.
Повторение подобных отношений может быть связано с:
Такой сценарий можно изменить. Он не является чертой характера, с которой человек рождается.
Если речь идет не о клинических состояниях, а о привычке строить болезненные отношения, задача психотерапии заключается не в том, чтобы «убрать любовь к страданиям», а в том, чтобы помочь человеку понять, почему он снова и снова оказывается в похожих ситуациях, и научиться строить отношения, в которых близость не требует постоянных жертв.
Фраза «удовольствие от боли» звучит противоречиво. Кажется, что боль и удовольствие должны быть противоположностями. Однако психология показывает: иногда человек может получать положительные переживания не от самой боли, а от того, что сопровождает ее. Это может быть ощущение сильных эмоций, разрядки, близости с другим человеком или чувства, что переживаемое имеет смысл.
Некоторые люди привыкают к тому, что сильные эмоции — это главный признак значимости отношений.
Спокойствие может восприниматься как отсутствие чувств, а тревога, ревность, страх потери и примирения после конфликтов — как доказательство сильной любви. В таких случаях человек не стремится к страданию как таковому. Его привлекает ощущение интенсивности, которое возникает рядом с партнером.
Особенно часто это происходит, если в прошлом любовь была связана с нестабильностью: нужно было ждать внимания, добиваться признания или постоянно угадывать настроение другого человека.
Для некоторых людей пережитая боль становится частью личной истории. Человек может воспринимать свои страдания как доказательство глубины чувств:
Такие убеждения встречаются в культуре довольно часто. В книгах, фильмах и песнях любовь нередко связывают с жертвами, ожиданием и невозможностью быть вместе.
Но сильные переживания сами по себе не говорят о качестве отношений. Боль может свидетельствовать о сильной привязанности, страхе потери или эмоциональной зависимости, но не обязательно о здоровой любви.
В психологии существует идея, что человеку проще переносить трудности, если он видит в них смысл. Об этом писал психиатр Виктор Франкл в рамках своего подхода, известного как логотерапия. Он изучал, как люди находят внутренние опоры даже в тяжелых обстоятельствах.
Однако смысл страдания не означает, что человек должен оставаться там, где ему постоянно причиняют боль. Иногда поиск смысла помогает пережить сложный период. Но если человек начинает считать страдание обязательной частью любви, он может годами оставаться в отношениях, которые разрушают его самооценку и эмоциональное состояние.
Исторически идея «любви через боль» очень распространена. Многие романтические сюжеты построены на недоступности, препятствиях и переживаниях. Из-за этого у человека может формироваться представление: чем тяжелее отношения, тем сильнее чувства.
Но психологически зрелая близость выглядит иначе. В ней могут быть сложные периоды, конфликты и разочарования, но они не становятся главным источником эмоций.
Любовь не обязана постоянно причинять боль, чтобы быть настоящей. Иногда самое сложное для человека — не выдерживать страдания, а привыкнуть к отношениям, в которых спокойно, безопасно и не нужно каждый день доказывать свою ценность.
Если человек привык к эмоциональным качелям, спокойные отношения могут казаться непривычными. Может возникать ощущение, что без тревоги, ревности или постоянной борьбы «что-то не так». Но здоровая близость не строится на необходимости постоянно доказывать свою ценность или заслуживать любовь.
Изменение такого сценария начинается с понимания: страдание в отношениях — это не доказательство глубины чувств. Иногда оно говорит о сильной привязанности, страхе потери или старых убеждениях, которые человек переносит во взрослую жизнь.
Первый шаг — обратить внимание не только на моменты счастья, но и на общую картину отношений.
Можно задать себе вопросы:
Иногда человек помнит отдельные счастливые моменты и забывает, сколько сил забирает постоянное ожидание, что партнер снова станет внимательным и любящим.
Одна из сложностей в таких отношениях — сильные эмоции могут восприниматься как показатель любви. Но тревога и любовь — разные переживания.
Любовь обычно дает ощущение принятия, безопасности и возможности быть собой. Тревога заставляет постоянно анализировать:
Если большая часть отношений проходит в попытках получить подтверждение собственной значимости, это повод задуматься, что именно удерживает человека рядом.
Эмоциональная интенсивность может быть очень яркой, но она не всегда означает глубокую связь. Ссоры, примирения, страсть после конфликтов действительно могут создавать ощущение сильных чувств. Однако отношения проверяются не только моментами кризиса, а тем, насколько в них есть доверие, уважение и поддержка.
Иногда человеку сложно принять спокойную любовь именно потому, что она не вызывает привычного напряжения. Но отсутствие постоянной драмы не означает отсутствие чувств. Часто это признак того, что отношения перестали быть борьбой.
Если человек замечает, что снова и снова выбирает похожий сценарий — влюбляется в недоступных партнеров, терпит боль, не может уйти из разрушительных отношений, — полезно разобраться не только с текущей ситуацией, но и с причинами.
Психотерапия помогает исследовать:
Вопрос «почему я люблю страдать» часто оказывается началом более глубокого разговора: почему мне сложно выбрать отношения, в которых есть забота, уважение и эмоциональная безопасность.
Менять привычный сценарий бывает непросто, особенно если он формировался годами. Но человек не обязан всю жизнь повторять одну и ту же модель отношений. Понимание собственных механизмов — первый шаг к тому, чтобы строить близость без постоянной боли.
Если вам интересна психология отношений и вы хотите глубже понимать, почему люди выбирают определенных партнеров, как формируется привязанность и из-за чего повторяются одни и те же сценарии, обратите внимание на программу по семейной психологии. Вы изучите современные психологические подходы к работе с парами и семьями, научитесь анализировать динамику отношений и получите практические инструменты, которые пригодятся как в профессиональной деятельности, так и для лучшего понимания собственных отношений.
Иногда человеку кажется, что он действительно получает удовольствие от грусти или боли. Но чаще речь идет не о желании страдать, а о других потребностях, которые стоят за этими переживаниями.
Например, грусть может давать ощущение эмоциональной глубины: человек чувствует, что его чувства важны, что он по-настоящему любит или что переживает что-то значимое.
Кроме того, знакомые переживания могут казаться безопаснее неизвестных. Если человек привык к отношениям с конфликтами, тревогой и примирениями, спокойствие может восприниматься как отсутствие эмоций.
В обычной речи такого человека могут назвать мазохистом. Однако в психологии этот термин нельзя использовать для любой ситуации, когда человек остается в болезненных отношениях.
Если человек терпит боль, снова выбирает похожих партнеров или не может уйти из разрушительной связи, причины могут быть разными: эмоциональная зависимость, особенности привязанности, низкая самооценка или привычный сценарий отношений.
Поэтому правильнее говорить не о «человеке, который любит страдать», а о том, какие психологические механизмы удерживают его в таких отношениях.
Иногда боль связана не только с негативными переживаниями. Она может сопровождаться ощущением сильных эмоций, значимости или даже близости.
Например, после конфликта примирение может восприниматься особенно ярко. Человек чувствует облегчение и радость, поэтому начинает сильнее ценить моменты тепла. Но это не означает, что человеку действительно нужна боль. Чаще он стремится получить внимание, любовь, признание или ощущение связи с другим человеком.
Ответ зависит от того, что именно человек называет мазохизмом.
Если речь идет о сексуальном мазохизме как о добровольной части сексуальной жизни, это не является проблемой само по себе и не требует лечения.
Если же под мазохизмом понимается привычка постоянно выбирать отношения, которые причиняют боль, работать можно не с самим «желанием страдать», а с причинами такого поведения.
Психотерапия помогает понять, почему человек оказывается в подобных сценариях и как сформировать более здоровые способы строить близость.
Такое состояние может быть связано с сильной эмоциональной привязанностью, страхом одиночества, надеждой на изменения или ощущением, что уже слишком много вложено в эти отношения.
Человек может одновременно понимать, что ему больно, и продолжать ждать, что партнер станет другим. В таких ситуациях важно не обвинять себя за «слабость», а разобраться, какие чувства и убеждения удерживают рядом с этим человеком.
Нет. В любых отношениях бывают сложные периоды, конфликты и разочарования. Но постоянное страдание не является обязательной частью любви.
Если отношения строятся вокруг страха, тревоги, ревности и необходимости постоянно заслуживать внимание, это повод задуматься о том, что происходит между партнерами.
Здоровая любовь тоже может быть сильной и эмоциональной, но при этом дает ощущение безопасности и уважения, а не только переживания и боль.
Иногда человеку кажется, что он любит страдать, но за этим ощущением чаще скрывается не стремление к боли. За повторяющимися болезненными отношениями могут стоять привычные сценарии привязанности, страх потери, надежда быть выбранным или желание наконец получить ту любовь, которой когда-то не хватало.
Мозг действительно способен закреплять такие модели: сильные эмоции, редкие моменты близости и постоянное ожидание внимания могут создавать ощущение особой связи. Поэтому отношения, которые причиняют боль, иногда кажутся более значимыми, чем спокойная и надежная близость.
Но страдание само по себе не делает любовь глубже. Постоянная тревога, необходимость заслуживать внимание и страх потерять человека не являются признаками сильных чувств.
Если человек замечает, что снова и снова выбирает похожие отношения, терпит то, что причиняет ему боль, или не понимает, почему его тянет к эмоционально недоступным партнерам, важно не искать в себе «любовь к страданиям». Гораздо полезнее разобраться, какой внутренний сценарий заставляет возвращаться к знакомой боли.
Осознание своих чувств, опыта и желаний позволяет постепенно изменить этот сценарий. Любовь может быть искренней и глубокой, не требуя постоянной борьбы. Близость приносит не только сильные эмоции, но и чувство безопасности.
Каждую неделю будем приглашать на эфиры с преподавателями, делиться акциями на программы и полезными письмами от команды
